Работая с пациентами, я всё время задавалась вопросом: действительно ли я лечу человека — согласно принципу, сформулированному ещё Гиппократом: «Лечить следует не болезнь, а больного»?
Или, используя все навыки и знания, полученные мной в школе классической медицины, я всё же лечу болезни — гаймориты, отиты, колиты и другие — применяя привычные, наработанные годами и порой почти незыблемые схемы лечения, в которых сам пациент, особенности и специфика его состояния уходят на второй план?
На поиски ответа ушли годы.